EN
05:37:56 Среда, 12 мая
Коронавирус Дело Белозерцева Дольщики НКО Здоровье ДТП в Пензе Нацпроекты Строительство Рейтинги Угадай, кто на фото!

Президент Дмитрий Медведев провел встречу с пензенскими предпринимателями. Стенограмма

08:52 | 15.07.2011 | Экономика

Печать

Москва, 15 июля 2011. PenzaNews. Двенадцать руководителей малых и средних предприятий из города Заречного Пензенской области приняли участие во встрече с президентом РФ Дмитрием Медведевым в четверг, 14 июля. В ходе визита в Кремль бизнесмены обсудили с главой государства проблемы малого и среднего предпринимательства. Затрагивались, в частности, вопросы госрегулирования в сфере малого бизнеса, проблема нехватки кадров, вопросы налогообложения малых предприятий.

Президент Дмитрий Медведев провел встречу с пензенскими предпринимателями.

Фото пресс-службы президента России

ИА «PenzaNews» публикует стенограмму начала встречи Дмитрия Медведева с предпринимателями, которую распространила пресс-служба Кремля.


Д.МЕДВЕДЕВ: Добрый день! Cадитесь, пожалуйста! Еще раз всем привет!

Вы мне написали, но я решил с вами встретиться, потому что те вопросы, которые были подняты в вашем обращении, волнуют не только вас, хотя вас, наверное, волнуют в особенности, они волнуют огромное количество предпринимателей, малых предпринимателей, которые трудятся в нашей стране. Поэтому если вы немножко расскажете о том, как обстоят дела у вас, в Пензенской области, в городе Заречный, мне было бы просто интересно. Может быть, в результате нашего с вами общения хотя бы что-нибудь из того, о чем вы скажете, изменится.

Не буду скрывать, я довольно часто встречаюсь с представителями малого бизнеса, понимаю, что за полгода, за год и даже за несколько лет невозможно радикально поменять предпринимательскую среду, невозможно поменять отношение к бизнесу в стране в целом, потому что у нас тяжкое наследие в этом плане. Но в то же время считаю, что каждая такая встреча должна заканчиваться не только какими-то поручениями, но и вполне конкретными делами, естественно, по тем вопросам, где я сейчас могу ситуацию поменять. Знаете, как в старом фильме: все, что могу. Вот применительно к малому бизнесу. Поэтому, пожалуйста, уважаемые коллеги. Никакого протокола нет, сами называйтесь, сами рассказывайте.

В.ПОТАПОВ: Разрешите?

Д.МЕДВЕДЕВ: Пожалуйста, прошу Вас.

В.ПОТАПОВ: Добрый день, уважаемый Дмитрий Анатольевич.

Я Потапов Владимир Васильевич. Сегодня я здесь представляю предприятие «Такт», которое занимается производством автомобильных глушителей.

Перед началом разговора на основную тему, Дмитрий Анатольевич, у меня к Вам одна просьба. Разрешите мы преподнесем Вам скромный альбом о нашем городе и наших предприятиях. Он сделан руками нашего товарища, он вложил в него душу. По сути дела, это ручная работа, эксклюзив. Нам будет приятно, если Вы примете от нас.

Д.МЕДВЕДЕВ: С удовольствием, конечно. Спасибо большое.

В.ПОТАПОВ: Мы все живем и работаем в городе Заречный Пензенской области, Дмитрий Анатольевич. Это замечательный, красивый, компактный город. Пожалуй, самый молодой город России.

Д.МЕДВЕДЕВ: А почему самый молодой?

В.ПОТАПОВ: Он был образован в 1958 году (мы моложе не знаем) как ЗАТО, закрытое административно-территориальное образование.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да, точно не старый.

В.ПОТАПОВ: Да, он совсем молодой и красивый. Первое, что бросается в глаза нашим гостям, которые посещают наш город, это чистота, уют, порядок на наших улицах. Это вековые корабельные сосны, которые растут в наших дворах, это природа, которая практически за каждым окном.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вот это не фотомонтаж, лоси действительно в городе ходят?

В.ПОТАПОВ: Не фотомонтаж. Лоси между домов ходят.

Д.МЕДВЕДЕВ: Фантастика.

В.ПОТАПОВ: Я бы даже перефразировал Пушкина, Дмитрий Анатольевич, и сказал бы так: «Там чудеса, там лоси ходят, и белки на ветвях сидят».

Д.МЕДВЕДЕВ: Это здорово, конечно. Это людей приучает к тому, что к природе нужно относиться по-особенному и природа является продолжением нас самих или мы являемся продолжением этой природы. Очень красивый снимок.

В.ПОТАПОВ: Знаете, я свою дочку по утрам бужу таким образом: «Ксюша, вставай, лоси под окном».

Д.МЕДВЕДЕВ: А сколько их ходит-то просто? Вот это трио ходит или их больше?

В.ПОТАПОВ: Их больше. Они отдельными группами: и одиночки есть, и семейные пары. Там по-всякому у нас происходит.

Д.МЕДВЕДЕВ: Здорово.

В.ПОТАПОВ: Дмитрий Анатольевич, конечно, город — это в первую очередь люди; люди, которые, как Вы поняли, очень любят свой город, которые уверены, что в их городе живут самые образованные, культурные люди. Они гордятся этим.

Мы, конечно, если бы у нас была такая возможность, наперебой, наверное, долго и упорно рассказывали про наш город. Но, как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Поэтому наберусь смелости, Дмитрий Анатольевич, от нашего коллектива замечательного, от всех горожан, от города хотелось бы пригласить Вас посетить наш город, и Вы тогда поймете, что все, что мы о нем говорим, что думаем, — это не красивые слова. Мы действительно любим свой город.

Д.МЕДВЕДЕВ: Спасибо большое. Я с большим удовольствием.

Надо нам с Вами сейчас поговорить, прийти к каким-то результатам, а потом можно было бы заехать посмотреть, что сделано.

В.ПОТАПОВ: У зареченцев исторически большой уровень предприимчивости. Где только не встретишь наших предпринимателей: в любом уголке нашей губернии и далеко за ее пределами. И чем они только не занимаются: выращивают кроликов и перепелов, торгуют, производят мебель, продукты питания, промышленные товары, точные приборы. В общем, складывается впечатление, что зареченцы могут все.

Д.МЕДВЕДЕВ: Так и есть, наверное, судя по альбому, который я смотрю: здесь очень разные сферы деятельности представлены.

Если я правильно понимаю, это как раз то, чем занимаются присутствующие за этим столом.

В.ПОТАПОВ: Да, все присутствующие здесь.

В структуре предприятий нашего города — различные предприятия: от микробизнеса до средних предприятий с большими оборотами, которые уверенно стоят на ногах. И сегодня, собственно говоря, представители всех этих предприятий здесь присутствуют. Мои товарищи обязательно скажут о том, что их волнует, зададут свои вопросы.

Я бы хотел поднять следующую тему, тему, которая волнует меня и, я думаю и уверен, и знаю, что и многих товарищей, которые здесь у нас сегодня присутствуют со мной, – это тема кадров. Рабочих рук не хватает, Дмитрий Анатольевич. Не статусно сегодня, не престижно быть рабочим. Лично у меня складывается впечатление, что на сегодняшний день в стране престижно быть банкиром-финансистом, певцом и юмористом. На самом деле. И молодежь-то, главное, думает так же, что очень плохо.

Один пример из личного опыта общения с молодежью. Пошел в школу преподавать основы предпринимательства для старшеклассников и, как говорится, учить так учить, воспитывать – так воспитывать на собственном примере: как хорошо учился в школе, затем в строительном институте, как служил в армии, перешел на заочный факультет, пошел работать на стройку простым рабочим, как делал карьеру, поднимался по служебной лестнице, стал руководителем собственного строительного предприятия, как начал развивать другие направления в бизнесе. Все нормально, заинтересовал пацанов, девчонок, сложился диалог, все хорошо. Звучит один вопрос: «Владимир Васильевич, а как долго Вы шли к своему относительному успеху?» Говорю: «Ребята, считай, уж, наверное, лет двадцать». — «У-у-у!» — «Не понял. Что такое? На ваш взгляд, это долго?» — «Да вот что-то как-то да, многовато». Как говорится, воспитываю дальше: «Ребята, понимаете, без труда не вынешь рыбку из пруда», – и так далее, и тому подобное. А сам понимаю, что не готова молодежь на сегодняшний день так долго идти к успеху, как-то побыстрее им, все и сразу. Не готовы начинать с рабочих, не готовы становиться и быть рабочими. Мне кажется, Дмитрий Анатольевич, пришло время у нас в стране задуматься и что-то менять в этом направлении. Нужно поднимать престиж и статус рабочих профессий.

Помните, как было раньше, Дмитрий Анатольевич? Лозунг: «Человек славен трудом!». Это был центральный лозунг партии и правительства. Государственный, по сути дела, лозунг, на который работала вся страна и в первую очередь средства массовой информации.

А что сейчас? Давайте включим телевизор, что мы там видим. Это наши, уже современные, родные, отечественные мыльные сериалы про наших доморощенных дорогих олигархов, богатеев с их няньками, кораблями-пароходами, особняками, сейфами, из которых всегда можно, как фокусник из шляпы, достать любую сумму денег и красиво ее потратить. Либо это какой-то офисный гламур, где они непонятно чем занимаются, им там весело, хорошо и свободно, они там интригуют друг с другом, козни какие-то друг другу делают. Вот опять же такой фильм про студентов, студенческие сериалы, какие-то бесшабашные, безответственные студенты у нас, которые живут одним днем и думают только о том, где взять денег, либо с помощью каких-то сомнительных коммерческих предприятий, либо с родителей потрясти, чтобы опять же удовлетворить свои сиюминутные потребности в каких-то удовольствиях.

Нужно, конечно, что-то менять в стране, Дмитрий Анатольевич. Нужно показывать молодежи, что есть другие пути для самореализации, и это может быть запросто профессия простого рабочего, которая тоже позволит добиться успеха в жизни, добиться статуса в обществе, добиться уважения в коллективе и обществе. Вспомните, какие раньше были фильмы. Про монтажников «Высота», «Москва слезам не верит», «Свинарка и пастух» — замечательные фильмы. Центральная тема (мне тогда было 10 лет, но я уже тогда понимал, о чем говорится в этих фильмах) — это чувство долга, чувство товарищества, чувство коллективизма, и главный герой, красавец, человек труда, на которого хотелось равняться даже нам, тогдашним детям.

В общем, нужно что-то менять, Дмитрий Анатольевич. Когда мы хотим — мы поднимаем статус военнослужащего. Посмотрите, у нас сейчас на телевидении и передачи есть, которые направлены на это, и тематические какие-то рекламы, и фильмы, есть новые фильмы. Есть и целый отдельно взятый канал «Звезда». Поэтому я бы вообще, Дмитрий Анатольевич, начинал бы, наверное, с наших самых маленьких, если уж говорить о повышении статуса, с тех, кого еще можно воспитать и не нужно перевоспитывать. Это мультики, стишки. Опять же, обращаясь к нашему детству, помните: «Все работы хороши, выбирай на вкус!». А параллельно бы воспитывал уже их старших братишек и сестренок, а также их родителей.

Сейчас у нас в обществе какая-то негативная ситуация. Вроде бы если ты рабочий, то неудачник. И лозунг у нас другой. Не «Человек славен трудом», а «Человек славен добром!». И это отнюдь не душевное добро, а уровень благосостояния. Казалось бы, непонятно: вроде предприниматель, и так в уничижительной форме говорит о благосостоянии. Но все мы здесь, в том числе, социально ответственные предприниматели, и для нас это не главное. Мы, конечно, зарабатываем прибыль, мы работаем для того, чтобы ее зарабатывать. Единственное, мы не складываем ее в сейфы. Мы ее инвестируем снова в развитие собственного предприятия, в создание новых рабочих мест. И основной вопрос: а придет ли кто-то к нам на эти новые рабочие места?

У нас, конечно, что-то делается в государстве для этого. Очень приятно осознавать, что Вы поощряете людей труда, Вы проводите награждения в Кремле. На мой взгляд, Дмитрий Анатольевич, надо как-то этому придать статус, потому что такое впечатление, что наградили в Кремле — ну и будь доволен: получил медальку — иди, тихо празднуй в кругу своей семьи. Нужно на федеральном уровне кричать об этом, говорить, хвалить, долго хвалить этих людей: на муниципальном уровне, в том числе в коллективе, в городе, чтобы закачали этого человека, чтобы голова закружилась в хорошем смысле слова. И чтобы другим был пример, и чтобы на этот пример все равнялись. Я не знаю уже, вплоть до того, что доску по месту жительства: «Здесь живет Герой труда России». И чтобы — на городскую доску почета, и на самое почетное место; чтобы молодежь шла, и один из молодых сказал: «Вот, смотрите — батя мой». Ему сказали: «А кто у тебя батя?» — «Токарь у меня батя». — «Крутой у тебя батя». — «Да не крутой, ребята, уважаемый: его страна уважает, его Президент уважает».

И что касается наград, Дмитрий Анатольевич. Есть у нас на сегодняшний день награды: это и «Герой России», и награды «За заслуги перед Отечеством». Вспомните опять, как было раньше: «Герой Советского Союза» и «Герой социалистического труда» — две равноценные по статусу награды. Но одну зарабатывали на ратном поле, вторую зарабатывали на трудовой ниве. А мы на сегодняшний день, мне кажется, лишили, незаслуженно лишили наших людей труда того трудового олимпа, к которому они могли бы стремиться.

Опять же, фразы «заслуги перед Отечеством», «Отечество», «защитник Отечества», «Отечественная война», не дай бог, не ассоциируются с трудом, Дмитрий Анатольевич. Вот с танком, с самолетом, с вертолетом — ассоциируются; с комбайном, со станком — не ассоциируются.

Мне кажется, нужно все-таки дать людям возможность. Я знаю, что готовы люди совершать на сегодняшний день трудовые подвиги на трудовой ниве. И я думаю, что это будет хорошим примером для всех остальных, и они будут тянуться. Если уж провести сравнение, есть у нас спорт высших достижений, который, несомненно, подтягивает за собой всю остальную инфраструктуру, массовый спорт. Здесь, мне кажется, нужно пойти по тому же пути. В общем-то, готов закончить, Дмитрий Анатольевич, тем более Вы правильно напомнили: есть у меня здесь товарищи, которые о многом хотят сказать. Если у Вас есть какие-то вопросы, я готов на них ответить.

Д.МЕДВЕДЕВ: Хорошее начало встречи. Чувствуется, Вы готовы поддержать беседу на любую тему. Тем не менее я все-таки два слова скажу по поводу того, о чем сказал Владимир Васильевич, о престижности тех или иных профессий, и прежде всего профессий рабочих.

Ситуация изменилась. Она очень сильно отличается от того, что было и в советский период, и в 90-е годы. В советский период действительно было особое отношение к труду и к достижениям в области труда. Но если говорить откровенно, и вы это помните, и я это помню, я бы не стал идеализировать систему поощрений, которая сложилась в Советском Союзе. Она была абсолютно формальной и зачастую абсолютно заидеологизированной. И по каким критериям, например, тот или иной человек получал награду, понять было сложно. И сейчас-то иногда не разобраться. Приносят мне на подпись каких-то людей. Президент же не может погрузиться сразу же в этот список и сказать: вот этот – достоин, вот этот – не достоин. Естественно, ты всегда ориентируешься на позицию Администрации Президента, на тех, кто ведет этот отбор. В тот период награждали вообще по разнарядке, напомню, в том числе это было так: скажем, на трех рабочих, допустим, одного представителя интеллигенции и так далее. Это не значит, что все, что делалось тогда, было плохо, но просто если что-то воспринимать, то, мне кажется, воспринимать какие-то все-таки здравые вещи.

В чем они заключаются? Понимаете, может, у вас другие ощущения, но вот я думаю, например, чем можно было бы действительно молодежь заинтересовать к нормальному, производительному, современному труду, допустим, труду рабочего. По моим ощущениям, это в самой меньшей степени — награды. Моральная оценка в жизни любого человека важна, сомнений нет. И более того, чем старше человек становится, тем для него, наверное, важнее моральная оценка того, что он сделал. Но когда человек еще молод, конечно, не в меньшей степени для него важны прозаические вещи: деньги, возможность решить свои семейные проблемы: квартира, транспорт, земля, для того чтобы можно было семью вывезти куда-то за город, чтобы дача была какая-то. И вот здесь-то как раз основной диссонанс и существует, потому что мы все говорим: «Да, нужны рабочие, без рабочих мы не можем двигаться», — особенно когда речь идет о квалифицированных рабочих, а зарплаты невысокие. Я не говорю о дефицитных профессиях, где все готовы платить большие деньги, я говорю о стандартном наборе профессий. Поэтому, конечно, прежде всего престижность рабочей профессии будет определяться оценкой этого труда. И это абсолютная, на мой взгляд, непреложная вещь в рыночной экономике. Сколько бы мы ни создавали систем поощрения, если рабочий будет получать пять тысяч рублей в месяц — мы рабочих не найдем. Поэтому это главное.

А это как раз зависит в значительной мере от вашего настроения, от отношения работодателей, будь то малые предприятия, индивидуальные предприниматели или гиганты какие-то. И именно это будет генерировать поток молодых людей, мальчишек и девчонок, которые готовы заниматься рабочим трудом.

Я не так давно был в Подмосковье и встречался с молодыми ребятами, которые учатся в колледжах и новых профессионально-технических учебных заведениях. Всегда, когда Президент приезжает, есть опасность того, что там залакируют все, подберут тех, кто уже имеет три кандидатские степени, стараясь выдать за молодых рабочих. Но если говорить серьезно, то мне понравились ребята, они мотивированные.

И чем их мотивация объясняется? Вот Вы из небольшого города, Вы любите свой Заречный, потому что считаете, что это современный, не без проблем, конечно, но развивающийся небольшой город, созданный недавно. И вот там тоже — относительно небольшой городок в Подмосковье, в котором расположено, наверное, пять крупных, по меркам этого города, предприятий, традиционно работавших на оборонку. И вот они говорят: «Вы знаете, мы — патриоты своего города, мы отсюда никуда не хотим уезжать. Мы понимаем, что когда-то эти предприятия были на очень хорошем счету. Сейчас там свои сложности есть. И мы хотим получить правильное образование, рабочее, для того чтобы прийти туда и продолжить то, чем занимались наши деды, наши отцы, трудиться именно на этих предприятиях, но, конечно, трудиться по-новому. Мы хотим, чтобы нам нормально платили, чтобы у нас были возможности для того, чтобы приобрести жилье: если не сразу, то по ипотеке, допустим, по схеме жилищно-строительного кооператива, еще какой-то схеме, как молодые специалисты». И этот разговор мне запомнился просто потому, что они: а) хотят трудиться; б) готовы трудиться не юристами, экономистами, банкирами и так далее, о чем Вы говорите, а готовы трудиться именно по рабочей сетке, заниматься рабочими специальностями.

Что нужно делать? Нужно всячески стимулировать и систему образования, и работодателей, то есть вас, предпринимателей, к тому, чтобы у вас были возможности приема молодых специалистов и возможности, естественно, правильно им платить и решать их социальные проблемы. Тогда мы сможем заместить выбывающий рабочий класс.

Сейчас проводится так называемая аттестация рабочих мест, которой занимаются предприниматели, занимается государство. Нам нужно поменять требования к отдельным рабочим местам. Иногда просто даже наименование рабочих должностей необходимо изменить, потому что они остались из прошлого, и не всякое прошлое в этом смысле комфортно для молодых людей. Поэтому это совместная задача для государства и бизнеса.

Вам сказали, что 20 лет — это длинный путь к успеху. Вы знаете, я понимаю их. Будь я на их месте, я бы тоже так думал. Неизвестно, как у каждого из них сложится жизнь. Но когда ты смотришь на людей нашего возраста, старше нашего возраста, понимаешь, что хорошо, конечно, когда в 40, 50 лет человек достиг успеха, но мне-то всего 20, я хочу быть успешным в 25! У меня семья, например, появится в 20 с небольшим, почему я должен эту семью держать в черном теле до 40 лет, мыкаться по общежитиям или еще где-то. Может быть, нам даже это и не очень приятно слышать, потому что мы, допустим, старались эти задачи решать по мере сил. Я помню, какое счастье для меня было, когда я сумел приобрести первую квартиру в своей жизни. Ну, это просто великий день в жизни любого человека. И это было не в 20 лет, скажем откровенно, мне было тогда 30 лет. И то я считаю, что мне повезло, я тогда стал много работать, бизнесом занимался, юристом работал. В общем, я считаю, что они имеют право говорить о том, что успех должен прийти раньше. Так что в этом смысле на них обижаться не стоит, а главное просто, чтобы мы слышали друг друга, я имею в виду, люди разных поколений.

И, наконец, то, что Вы затронули. Довольно традиционная тема при обсуждении вопросов престижа рабочих специальностей, да и труда аграрников, например, это то, как это показывают в средствах массовой информации. Здесь действительно есть проблема, потому что объективно большинство фильмов наших современных снимается о людях других. Я даже не говорю, что это плохие люди, давайте не будем никого критиковать, и офисных работников не будем критиковать, они тоже нужны. Даже скажу страшную вещь, даже чиновников не будем критиковать, потому что без них ни одно государство тоже не обходится. Но в целом я с Вами абсолютно согласен, должны появляться фильмы, где представлены люди очень разных сред обитания. Пусть это будут и мультимиллионеры, и миллиардеры, но, с другой стороны, это должны быть люди обыкновенные, обычные студенты, школьники, обычные рабочие, малые предприниматели, потому что из этого и состоит наша жизнь. Кстати, на самом деле эти примеры, которые в мыльных сериалах нам даются, для многих же это ориентир в жизни, особенно для тех, кто еще не вполне зрелый, тот, кто смотрит это, во всяком случае. Я, честно говоря, слабо себе представляю, что там показывают, потому что я такие фильмы не смотрю. Но, наверное, есть люди, которые на этих фильмах воспитываются. И в этом смысле, конечно, здесь есть о чем подумать, в том числе и нашим кинематографистам, и нашим каналам, которые такого рода продукцию снимают. Но здесь нельзя ничего навязывать, потому что как только начинаешь навязывать, закручивать, значит, возникают уже всякого рода перекосы.

И последнее. Вы сказали, что молодежь хочет быстрого успеха, молодые люди хотят стать банкирами, артистами, еще кем-то. А меня, честно говоря, тревожит больше другое: когда они хотят стать чиновниками. Почему? Не потому, что я плохо отношусь к чиновникам. Наоборот, я только что сказал, что это очень полезный труд для любого государства. Но, понимаете, я всегда думаю о том, какие побудительные мотивы у человека, когда он выбирает свою будущую профессию, свой жизненный путь. Понятно, когда лет 20-30 назад люди хотели быть конструкторами, космонавтами, артистами теми же — это популярные, интересные профессии, хорошо оплачиваемые, престижные. И сейчас есть такие. Но когда молодежь строго выбирает в качестве жизненного пути путь государственного служащего, такого «Акакия Акакиевича», то возникает вопрос: а почему? Это очень престижно? Ну, наверное, не очень, внешне во всяком случае. Я не говорю про министерские должности, а такие низовые должности. Там хорошо платят? Нет, платят плохо. А почему? А потому что это способ быстрого обогащения – коррупция. То есть они видят в этом пример того, как можно быстро, не прилагая труда, добиться успеха в жизни. И вот здесь Вы абсолютно правы. Вы до того, чтобы достигнуть жизненного успеха, трудились 10, 20, 30 лет, зарабатывая все по копейке, вкладывая в свой бизнес. А если у человека другой ориентир, вот я приду там на какую-то низовую должность, возьму раз пять какие-то всякие подношения, которые мне принесут, и после этого, может быть, успокоюсь или свое дело открою. Хотя, как правило, никогда этим не заканчивается, это становится способом существования на всю жизнь, пока человека не поймали за руку или по каким-то причинам он из системы не вылетел. И вот это очень тревожно, но это уже отдельная тема.

Пожалуйста, мы с вами долго говорили про такую нравственную сторону, про кадры, давайте, может быть, немножко на землю спустимся.

В.САДОВНИКОВ: Добрый день, Дмитрий Анатольевич. Я уроженец своего любимого города Заречный. Это небольшой и уютный, можно сказать, зеленый заповедник.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вячеслав Петрович, мы чего-то уже говорим-говорим про Заречный, а сколько народа у вас живет?

В.САДОВНИКОВ: Порядка 60 тысяч.

Д.МЕДВЕДЕВ: 60 тысяч? По европейским меркам, кстати, вполне такой большой город, я имею в виду, если взять Западную Европу.

В.САДОВНИКОВ: Вот такой наш, можно сказать, заповедник зеленый расположен в глубинке России. И, как Вы успели удивиться, лоси. Нет, это не фотомонтаж, на самом деле их даже с рук можно покормить. Вот в этом городке, знаете, я родился там, учился, вырос и работаю. Последние пять лет занимаюсь грузоперевозками по России большегрузным транспортом. Очень тяжелая и опасная работа, Дмитрий Анатольевич, но в любом бизнесе есть свои трудности.

Д.МЕДВЕДЕВ: А в чем тяжесть и опасность работы по перевозкам?

В.САДОВНИКОВ: Во-первых, вдали от дома. За собой везешь 20 тонн груза. То есть и днем, и ночью, и в мороз, и в холод, без разницы, когда ты перевозишь этот груз, и ответственность большая висит на тебе. Опять же груз везешь, люди на дороге, и вообще, транспорт – это источник повышенной опасности.

Д.МЕДВЕДЕВ: Ну конечно.

В.САДОВНИКОВ: И в связи с этим в начале нашего диалога хотелось бы Вам, Дмитрий Анатольевич, выразить глубокую благодарность за то нововведение в порядке проведения технического осмотра, которое Вы сделали. Нет, на самом деле, на самом деле! Сейчас буквально за один день проходишь технический осмотр, без всякой нервотрепки. Прямо пришел, документы сдал, в конце дня получил документы и поехал. Не как раньше было.

Д.МЕДВЕДЕВ: Мне это очень радостно слышать. Я не знаю, так ли везде, но в любом случае то, что Вы об этом говорите, для меня очень полезно.

В.САДОВНИКОВ: А это именно моя боль, которая раньше была, поэтому я и говорю так. Но, Дмитрий Анатольевич, свои трудности есть у нас, понимаете, с которыми мы без Вашего участия не справимся. Я хотел бы осветить их Вам. Одна из них — это сезонное закрытие дорог в апреле-мае на месяц, то есть ограничение массы перевозки груза.

Я даже пример Вам приведу. Заезжаем на базу и разгружаемся. Разгрузились, выезжаем. На выезде с базы стоит знак: ограничение массы автомобиля — 15 тонн. Хотя сотрудники ГИБДД все прекрасно понимают и знают, что масса порожнего автомобиля составляет 16 тонн. Кто сказал, что такие знаки нужно ставить? Они, естественно, сразу загоняют в ловушку. Как я выйду? У меня масса автомобиля 16 тонн, а там знак стоит 15 тонн.

Д.МЕДВЕДЕВ: И как вы выезжаете? Деньги даете?

В.САДОВНИКОВ: Да! Да, Дмитрий Анатольевич, даем деньги! Но они сейчас стали хитрее. Они сейчас в открытую не берут, как раньше.

Д.МЕДВЕДЕВ: А как берут? Поделитесь.

В.САДОВНИКОВ: Они говорят: «Выкинь их в урну». Выкидываешь их в урну, забираешь документы и едешь.

Д.МЕДВЕДЕВ: Да ладно! Серьезно? Просто отбросить в урну, и все?

В.САДОВНИКОВ: Да. Дмитрий Анатольевич, в интернете, можете зайти на сайт, посмотреть и просто пообщаться, спросить, как. Я не вру.

Д.МЕДВЕДЕВ: Не сомневаюсь в этом. То есть, когда сотруднику ГАИ, ГИБДД предлагают взятку, он говорит: «Убери их в урну. Прочь, так сказать, с моих глаз эту мерзость».

В.САДОВНИКОВ: Да-да-да. Раньше они брали, а сейчас — нет.

Д.МЕДВЕДЕВ: Но это сильно.

В.САДОВНИКОВ: Это ли не законная ловушка? На самом деле, берите и езжайте. А с весовыми вообще беспредел творится: по накладным — 20 тонн, у них обязательно перегруз, хотя в накладной — 20 тонн. А они говорят: «Нам это не указ». А, извините, за перегруз или им штраф заплати, или вплоть до лишения прав. Что делать? Остается платить штраф.

Д.МЕДВЕДЕВ: Вячеслав Петрович, а чего сделать нужно, чтобы они все-таки себя прилично вели, помимо взяток, потому что это отдельная безбрежная тема, к сожалению, для нашей страны?

В.САДОВНИКОВ: То, что сделали в Астрахани, предположим, в Нижнем Новгороде таможенники. То есть ребята рассказывают, ездят, да, убирают.

«У меня есть большая надежда на создание Таможенного союза. Это большое экономическое образование, но самое главное, что мы подтягиваем наши таможенные стандарты до европейского уровня. Деятельность таможенников будет более прозрачной и обращенной к нуждам обычных людей».

Д.МЕДВЕДЕВ: А чего сделали?

В.САДОВНИКОВ: Убирают, закрывают их просто-напросто.

Д.МЕДВЕДЕВ: Что закрывают?

В.САДОВНИКОВ: Других ставят, выбирают взяточников.

Д.МЕДВЕДЕВ: А, в смысле, людей убирают.

В.САДОВНИКОВ: Да, да.

Д.МЕДВЕДЕВ: Понятно. Но это самый простой, но самый в то же время радикальный способ: как найти такого, которого можно было бы поставить на место. Есть, конечно, такие персонажи, которых даже по телевизору показывают: гаишник, который взяток не берет. Помните такой персонаж чудесный. Он такой весь изможденный.

РЕПЛИКА: Несчастный.

Д.МЕДВЕДЕВ: Несчастный, да. Но помимо смены кадрового состава есть какие-то возможности все-таки отрегулировать эту ситуацию?

В.САДОВНИКОВ: Дмитрий Анатольевич, дело в том, что сейчас они стали опасаться уже брать. Сейчас, когда их переименовали в полицию, они уже опасаются: не как раньше вымогали, а сейчас просто-напросто уже обходят свои пути. Но в принципе не все, не все. Они опасаются. Значит, зарплату им надо повысить, заставить понять, поверить в престижность их работы. Ради бога. Они скажут: «А зачем я возьму твои 500 тысяч рублей?»

Д.МЕДВЕДЕВ: Это правильно на самом деле, здесь мне нечего возразить. Вопрос, конечно, в том, что невозможно так повысить зарплату, чтобы раз и навсегда отбить тягу к взяткам людей определенного сорта. Но в то же время я всегда на эту тему рассуждал таким образом: когда мы будем подтягивать зарплату госслужащих, включая и служащих правоохранительных структур, тех же самых сотрудников полиции, милиции, до какого-то разумного уровня, человек уже будет выбирать, рисковать ему или нет, вот так, как это, собственно, существует во всех других странах. Ведь соблазнов такого рода хватает и в других местах. Если считать, что только наши полицейские берут взятки, это неправильно. В других странах это тоже происходит, но там это происходит гораздо реже. У нас, к сожалению, это вошло в повсеместную практику, особенно на определенных участках, включая работу на дороге и так далее. И почему берут реже? Просто потому что опасаются, что в какой-то момент они лишатся должности, а лишатся должности, стало быть, лишатся страховки, пенсии, вполне вероятно, источника для погашения ипотеки на дом, который они имеют, то есть лишатся всего в жизни. Вот это работает, может быть, сильнее, чем всякого рода уговоры, или чем этот самый Уголовный кодекс, который можно делать все более и более жестким, но вы же понимаете, на людей это не всегда влияет.

В.САДОВНИКОВ: Согласен. Еще вот такой вопрос, Дмитрий Анатольевич, про непомерный транспортный налог. В том году обсуждалась тема, чтобы транспортный налог включить в стоимость солярки, дизтоплива и заморозить цену, а транспортный налог отменить, или отпустить цену на солярку, а транспортный налог оставить.

Д.МЕДВЕДЕВ: А Вы как считаете лучше сделать?

В.САДОВНИКОВ: Я считаю, со своей стороны, что его нужно включить в стоимость солярки и отменить просто-напросто.

Вот смотрите, у меня три машинки, то есть транспортный налог я плачу порядка 40 тысяч за машину, то есть 120 тысяч в год я плачу. В том году дизтопливо стоило порядка 13–14 рублей за литр, сейчас — 24–25. В данный момент я переплачиваю 11 тысяч рублей за тонну солярки. А транспортный налог остался такой же.

Вот пример. В Оренбург я еду, у меня ставка 40 тысяч. Кажется, хорошая ставка, нормальная. А давайте мы посчитаем: 900 литров солярки уходит, это порядка 23 тысяч рублей, 7 тысяч я отдам водителю, остается 10 тысяч. Из них надо за телефон заплатить, водителю стоянку оплатить. Если я еще на очередную какую-нибудь «кормушку» не попаду. А на железки, на запчасти, на транспортный налог уже не остается денежек. То есть мне приходится опять брать кредиты, или пролонгировать кредиты, то есть залезать в очередную долговую яму. А иначе как? А иначе приставы придут, без разницы, они говорят: «Вот машину у тебя отберем — у тебя не будет никаких проблем. И бизнеса тоже не останется». Ну а что, на самом деле так и есть.<

Д.МЕДВЕДЕВ: У вас какие машины-то?

В.САДОВНИКОВ: У меня два «МАНа» и «Мерседес». Кстати, Вы их там видели. (В альбоме.)

Д.МЕДВЕДЕВ: Да, вот здесь. Ладно, насчет транспортного налога услышал. Хорошо.

В.САДОВНИКОВ: И еще последний вопрос, который нас интересует, — это нововведения со стороны «Росавтодора», который грозит нам якобы при повышении температуры до 25 градусов в течение трех дней запретить грузовикам ездить по дорогам.

Д.МЕДВЕДЕВ: Куда их девать?

В.САДОВНИКОВ: Пусть стоят с 8 утра до 10 вечера, а ночью пусть едут. Но это прямая угроза безопасности дорожного движения и очередная кормушка для гаишников.

Д.МЕДВЕДЕВ: Это кто предлагает?

В.САДОВНИКОВ: В интернете. Пожалуйста, в интернете.

Д.МЕДВЕДЕВ: Нет, в интернете много чего написано хорошего и разного.

В.САДОВНИКОВ: «Росавтодор».

Д.МЕДВЕДЕВ: Но есть какая-то инструкция на эту тему, или это просто разговоры пока?

В.САДОВНИКОВ: Нет, это разговоры.

Д.МЕДВЕДЕВ: В связи с тем, что температура растет.

В.САДОВНИКОВ: Из-за угрозы повреждения асфальтового покрытия грузовиками.

Д.МЕДВЕДЕВ: Для того, чтобы уменьшить воздействие грузовиков в дневное время, когда асфальт плавится.

В.САДОВНИКОВ: Да. Дмитрий Анатольевич, а Вы представляете, что получится, если грузовики ночью пойдут: днем будут стоять, а ночью все ринутся в путь?

«Необходимо менять отношение людей к предпринимательству. Казалось бы, уже 20 лет, как существует новая экономика, а стереотипы остаются. Нужно создать программу пропаганды предпринимательского дела как труда для огромного количества людей. Нужно, чтобы у нас процентов 30–40 людей, а то и больше, стало предпринимателями».

Д.МЕДВЕДЕВ: Да нет, ну, конечно, будет то же самое.

В.САДОВНИКОВ: Это не выход из положения, на самом деле. И опять же, транспортный налог мы платим, а нас заставят ездить ночью и летом, и зимой.

Д.МЕДВЕДЕВ: То же самое, только вид сбоку, как говорят.

В.САДОВНИКОВ: Да.

Д.МЕДВЕДЕВ: Понятно. Но пока же этих решений нет.

В.САДОВНИКОВ: Пока нет, да. Но...

Д.МЕДВЕДЕВ: Но ожидать можно. Понятно. Ладно, хорошо. Спасибо. Пометил. Посмотрим, что это такое. Пожалуйста, коллеги, прошу.

Полный текст стенограммы опубликован на официальном сайте президента России

Новости партнеров
Актуальное