EN
00:32:15 Понедельник, 21 сентября
Коронавирус Дольщики НКО Бизнес и финансы Здоровье ДТП в Пензе Нацпроекты Строительство Рейтинги Угадай, кто на фото!

Избрание Хасана Роухани на пост президента Ирана позволит смягчить диалог республики с Западом

16:46 | 21.06.2013 | Аналитика

Печать

21 июня 2013. PenzaNews. Кандидат от политической религиозной организации Ирана Общество борющегося духовенства Хасан Роухани (Hassan Rouhani), в ходе предвыборной кампании обещавший нормализовать отношения с Западом, одержал победу за президентское кресло уже в первом туре голосования, состоявшемся 14 июня 2013 года.

Избрание Хасана Роухани на пост президента Ирана позволит смягчить диалог республики с Западом

Фото: Al-monitor.com

По мнению старшего научного сотрудника по вопросам регионального взаимодействия и безопасности Международного института стратегических исследований на Ближнем Востоке Майкла Эллемана (Michael Elleman), это избрание может стать «оживляющим» событием для исламской республики и всего мира в целом.

«Хасан Роухани — консерватор, однако, в сравнении с другими кандидатами, его следует называть умеренным политиком. Он не был членом реформистских кругов, но я убежден, что новый президент способен направить республику на прогрессивный путь и подтолкнуть к дальнейшему развитию. Его победа над более консервативными оппонентами должна насторожить признанных лидеров страны, таких как верховный руководитель аятолла Али Хаменеи (Ali Khamenei), поскольку своим выбором граждане продемонстрировали, что отвергают ультраконсервативный политический курс», — сказал он в интервью ИА «PenzaNews».

По мнению эксперта, слова Хасана Роухани о повышении прозрачности иранской ядерной программы означают, что он будет искать примирения с другими странами.

«На мой взгляд, он искренне привержен заявленной цели интеграции Ирана в международное сообщество, и не желает видеть республику изолированной. Тем не менее, для значительных изменений во внешней политике новому президенту необходимо будет заручиться поддержкой, или, по крайней мере, молчаливым согласием верховного лидера, и удастся ли ему это — покажет время. Вместе с тем настоящее испытание состоится осенью 2013 года, когда в полном масштабе начнутся переговоры «P5 +1». Если прогресс будет незначительным, траектория вновь может смениться на расширение санкций, большую изоляцию и риск начала военных действий. Если же президент добьется ощутимого успеха в течение ближайших 12 месяцев, я склонен полагать, что, по крайней мере, в обозримом будущем войны удастся избежать», — отметил Майкл Эллеман.

В свою очередь эксперт Европейской инициативы стабильности Сафак Бас (Safak Bas) предположил, что с течением времени риторика страны станет менее конфронтационной и Иран получит больше доверия в ответ. При этом он также подчеркнул, что не считает нового президента реформатором.

«Хасан Роухани принимал активное участие в создании иранской республики. После Исламской революции в 1979 году верховный лидер доверил ему мониторинг оборонно-промышленного комплекса государства. В 1981 году он сменил Али Хаменеи на посту главы парламентской комиссии по обороне, а в последующие годы стал одним из наиболее влиятельных представителей иранских силовых структур. Я бы назвал его ключевой политической фигурой и наиболее умеренным кандидатом в президенты среди консерваторов», — пояснил аналитик.

По его словам, в Иране царит атмосфера надежды — граждане верят, что избрание Хасана Роухани приведет к стабилизации экономики и ослаблению санкций.

«На пресс-конференции по итогам выборов президент отметил, что приоритетным направлением для него является экономика, а также заявил, что хочет быть президентом всех иранцев, подчеркнув важность национального единства. Молодежь особенно надеется на расширение личной свободы и свободы прессы. Тем не менее, трудно сказать, как его избрание отразится на решении вышеперечисленных проблем. Хасану Роухани придется считаться с другими ключевыми фигурами системы, включая верховного лидера Ирана, бескомпромиссных представителей духовенства, революционной гвардии и иных силовых ведомств, и, на мой взгляд, он попытается свести риск конфронтации к минимуму», — сказал Сафак Бас.

Заведующий отделом Ближнего Востока Общества защиты угнетенных народов Камаль Сидо (Kamal Sido) разделил это мнение и также отметил, что серьезных реформ в стране ожидать не стоит.

«Во внутренней политике возможны некоторые перемены, в частности, ослабление репрессий по отношению к национальным и религиозным меньшинствам, однако коренных изменений не произойдет», — подчеркнул эксперт.

«В целом атмосфера в отношениях с Западом будет менее напряженной, возможно, появится больше гибкости в вопросе атомной энергетики. С Россией все будет продолжаться по-прежнему — отношения РФ с Ираном были и останутся хорошими. Однако по сирийскому вопросу никаких изменений не предвидится, потому что в соответствии с конституцией страны президент не обладает полной властью», — добавил Камаль Сидо.

Между тем научный сотрудник отдела по исследованию Ближнего Востока и Средиземноморья Королевского колледжа в Лондоне Анисех Бассири Табризи (Aniseh Bassiri Tabrizi) обратил внимание, что международная реакция на избрание Хасана Роухани была в большей степени положительной.

«Многие страны выразили приверженность к взаимодействию с Ираном по сложным вопросам, включая сирийский кризис и ядерное досье. И, несмотря на то, что президент обладает конституционно ограниченной властью в вопросах внешней политики и безопасности, Хасан Роухани, на мой взгляд, сможет изменить иранский тон в диалоге с Западом по ядерной проблеме, принимая во внимание его прежний пост главного переговорщика с «большой шестеркой» по атомной программе, где он проявил себя сторонником компромиссного подхода», — сказал аналитик.

По его мнению, иранцы надеются, что траектория внутренней политики будет смещена в сторону более открытого и терпимого управления, однако неутешительный опыт реформаторского правительства в период с 1997 по 2005 годы сдерживает их ожидания относительно успешного выполнения Хасаном Роухани всех предвыборных обещаний.

Бывший руководитель персидской службы BBC, глава «Джадид медиа» Бакер Моин (Baqer Moin) также отметил, что восторженные и оптимистичные настроения в Иране переплетаются с настороженностью.

«В контексте иранских реалий Хасана Роухани можно назвать современным и прагматичным политиком, стремящимся реализовать потенциальные возможности государства. Но вспомните, как была подорвана власть Мохаммада Хатами (Mohammad Khatami) — западные консерваторы, как и их коллеги в исламской республике, предпочитают воинственный, а не умеренный Иран», — сказал эксперт.

Он также добавил, что на внутриполитическом фронте президент попытается возродить отечественное производство, поднять уровень местных инвестиций и снизить показатели безработицы, однако в вопросах социального курса и политической свободы политик столкнется с серьезным сопротивлением.

Вместе с тем иранский писатель и аналитик Хуман Маджд (Hooman Majd) оказался более оптимистичен в своих прогнозах.

«Избранного президента уважают и консерваторы, и реформисты, что может значительно повысить эффективность его работы и шансы на успешное решение локальных и международных проблем. Позитивные перемены во внутренней политике будут — Хасан Роухани, по крайней мере, назначит для управления делами компетентных и квалифицированных технократов. Исходя из предвыборной программы и заявлений по итогам голосования, я считаю, что в отношениях с международным сообществом политик сделает упор на дипломатию и умеренность. Он намерен попытаться восстановить отношения с региональными соседями, затем с европейцами и, наконец, если это будет возможным, с Соединенными Штатами. Риторика последних восьми лет исчезнет, в переговорах появится больше гибкости. Особенно важно, что Хасан Роухани представляет прагматическое крыло иранской политики, а, значит, его администрация продолжит защищать интересы Ирана, не порождая антагонизм в других государствах», — пояснил свою позицию собеседник агентства.

Тем временем адъюнкт-профессор в отделе ближневосточных цивилизаций университета Торонто Амир Хассанпур (Amir Hassanpour) выразил мнение, что западные и многие иранские средства массовой информации не совсем верно описывают ситуацию в исламской республике.

«Иранское правительство глубоко фрагментировано и некоторое время назад было на грани внутренней фракционной войны. В моей интерпретации, Али Хаменеи и его фракция находятся в очень шатком положении: крайнее недовольство экономическими сложностями усугубляется санкциями; растет напряжение между политическими силами; появляются опасения возникновения движений, подобных «арабской весне»; ситуация с Сирией остается неопределенной. Но вместе с тем существует понимание американских слабостей — почти полный провал США в Афганистане и Ираке, проблемы в Пакистане, конфликт Барака Обамы (Barack Obama) и Биньямина Нетаньяху (Benyamin Netanyahu). В этих условиях верховный лидер пошел на уступки, не поддаваясь реформистской фракции: Хасан Роухани — сторонник средней линии или, как его называют, умеренный политик — был поставлен на президентский пост, чтобы успокоить иранских избирателей и реформистов. Однако это не разрешит ни противоречия между гражданами и теократическим режимом, ни фракционные разногласия», — сказал собеседник агентства.

По его мнению, многие иранские избиратели рады итогам голосования, потому что были крайне недовольны политикой прежнего президента, при этом большинство из них не строят иллюзий в отношении Хасана Роухани.

Научный сотрудник центра иранских исследований Тель-Авивского университета Раз Зиммт (Raz Zimmt) также усомнился в возможности серьезных внутренних реформ, подчеркнув, однако, что сама атмосфера в стране все же может измениться.

«Принимая во внимание умеренные взгляды и дипломатичный стиль Хасана Роухани, следует ожидать уменьшения внутреннего политического соперничества. Возможен более либеральный подход в решении вопросов, касающихся прав человека, свободы прессы и цензуры. Однако не следует забывать, что серьезные внутренние реформы не могут осуществляться без согласия религиозных учреждений и судебных органов, руководящий состав которых не изменился. Если политик намерен принять более либеральный внутриполитический курс, ему придется делать это с большой осторожностью. Вместе с тем способность президента решить серьезный экономический кризис представляется мне сомнительной, поскольку большинство проблем явились следствием международных санкций и глубоких структурных недоработок», — отметил эксперт.

По его словам, атмосфера международного взаимодействия с Ираном станет более благоприятной, а тон президента — более мягким.

«Тем не менее, эти перемены возможны лишь на поверхности. Мы должны осторожно следить за развитием событий в Иране и не пытаться выдать желаемое за действительное», — подчеркнул научный сотрудник Тель-Авивского университета.

В свою очередь глава иранских исследований в департаменте по изучению международных и региональных проблем университета Оклахомы Афшин Мараши (Afshin Marashi) смотрит на происходящее под другим углом.

«Президент Ирана действительно обладает крайне ограниченным контролем над внешнеполитическим курсом государства. Вместе с тем санкции США оказывают драматически негативное влияние на экономику Ирана, и, вероятно, этот исход голосования можно рассматривать как решение верховного лидера Али Хаменеи изменить внешнюю политику и наметить новый курс», — предположил эксперт.

«Хасан Роухани — опытный политик внутри системы, он занимал достаточно большое количество высокопоставленных и ответственных должностей. Я думаю, что он окажется профессиональнее предыдущего президента, а его действия будут больше соответствовать международным стандартам дипломатии», — добавил он.

Директор института Ближнего Востока Лондонского университета Хассан Хакимиан (Hassan Hakimian) назвал избрание Хасана Роухани символичным.

«По словам самого президента, такой исход голосования представляет собой «победу умеренности над экстремизмом». В отличие от других кандидатов, политик выносил на повестку наиболее актуальные вопросы, включая высокий уровень инфляции, низкую покупательную способность и безработицу, ставшие последствиями жестких односторонних санкций США и Евросоюза. Уменьшение этих санкций потребует от Ирана повышения международного авторитета. Однако, учитывая, что политическая структура, в которой будет работать новый президент, не изменилась, достижение даже некоторых из этих целей потребует времени и терпения, и Хасан Роухани уже подчеркнул это на своей первой пресс-конференции», — отметил эксперт.

По его мнению, такая смена власти может предоставить новые возможности и для Ирана, и для западных стран.

«Впервые за последние десятилетия мы наблюдаем удачное сочетание — во главе Белого дома находится демократ, а к власти в Иране пришел центристский реформатор, причем у обоих президентов впереди полный срок. Тем не менее, предположить, как будут развиваться события, довольно трудно. Многое зависит не только от Ирана, но и от того, сможет и захочет ли Запад воспользоваться этой исторической возможностью для улучшения отношений с исламской республикой», — повел итог Хассан Хакимиан.

Государственная должность президента республики была введена в Иране после свержения монархии в 1979 году.

Президент Ирана выполняет функции премьер-министра, а также классические представительские функции, в то время как главой государства, наделенной всей полнотой власти, является верховный лидер, занимающий этот пост пожизненно.

Президент Ирана избирается на четыре года и не может находиться в должности более двух сроков подряд.

В течение 14 дней после церемонии инаугурации президент должен представить для утверждения в парламенте новый состав правительства. При этом парламент в десятидневный срок после представления должен рассмотреть кандидатуры министров.

Новости партнеров
Актуальное